• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:02 

апофения-1

В общем-то, и гомеопатия с веганством, и Таро с философией, и матросские песни с домашним вареньем, и даже носки – лишь канва, по которой вышит неизменный узор одиночества.
/Из всего, что вечно, самый краткий срок у любви/

02:14 

31 (и два часа уже). Агу:)

10:44 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:19 

мы целуем один воздух
осень

01:55 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
10:42 

плохая картина в своей трагичности более прекрасна, чем хорошая,
потому что демонстрирует человеческую неудачу.

23:17 

Периодика чувств. Третье.

Одиночество. Телефонная книга.
Твой личный апокалипсис снова не завершен.
В шаге от последнего решения ты цепляешься за ощущение холода в кончиках пальцев
за недосказанность выдоха табачного дыма
неприкаянность ночного дождя и неопровержимость рассвета.
Ты выбираешь новое падение в жизнь без иллюзий, где дни отшлифованы чередой необходимостей и привычек
до состояния бусин на нитке четок
(их по недоразумению вложили в ладонь хранителя календарей, сорвав с руки забытого Бога Случая)

Неизменность пронизывает эти будни - сплошь разговоры с собой,
длинные монологи, которые ты привыкаешь разрывать на клочки безответных реплик.
Ты находишь гармонию в соединении атомов тишины, а потом
заново открываешь совершенство музыки как точной математической модели.
Однажды твой взгляд скользит вопросом по страницам телефонной книги
и постигает бессилие попыток отыскать там хотя бы один знакомый номер...
чтобы смириться с одиночеством
и оставить закладку на последней
пустой странице.

22:13 

Периодика чувств. Второе.

Пустота. Глянцевое ничто.
Прослушав автоответчик Бога, ты опускаешь трубку и зарекаешься усматривать смыслы.
Твои взгляды перенацелены вовне
твои мысли обращены в новую веру
(а заповеди доставляют в почтовый ящик в конверте с надписью "тренд")
твоя кожа деградирует в кожезаменитель.
Тебя подкупают красивой обложкой, препарируя природу целей лезвием успешности.
Улыбайся, ты в игре. Ты в кадре.

Она не наступает вдруг, не устремляется в сердце точно направленой дробью.
Приписывать ей ультиматум черного также глупо
как отказаться слышать коротковолновые сигналы суеты, пробивающие даже вакуум снов.
Не силься заметить тот миг, в котором она перенесет тебя
на расстояние в миллионы световых лет от тебя настоящего.
Вместо порывов души тебя настигает здесь только радиация звездного ветра.
И отвлекаясь от настройки телескопов, ты говоришь:
- Я осознаю пустоту.
Сейчас она молчит и смотрит на тебя с отражения в зеркале.

01:30 

Периодика чувств. Первое.

Надежда. Таблоид ожиданий.
Каждое утро тебе подсовывают это нелепое предвкушение возможностей.
Сборник односложных выражений мира, где за улыбкой не скрыты намерения и намеки.
"The Hope Tribune" - отдернутый занавес сомнений
знакомься, это ТЫ: бесстрашный, всемогущий и абсолютно голый
Тебе даже не придется вчитываться, чтобы понять свое двуликое несовершенство...
ты бесподобен. по образу и подобию.

Не смей думать, глотай свой кофе и упивайся сахарозаменяющими заголовками.
В этот момент ты знаешь, что Солнце снова взошло ради тебя.
Самозабвенно ловишь миг отпевания всех напрасно любимых и
предания анафеме прозаических несправедливостей.
Твое место на табуретке у окна, ты сидишь, а весь мир внутри тебя встает на колени.
И ты спрашиваешь: где умирают надежды?
И слышишь ответ: на точке соприкосновения с реальностью. на кончиках пальцев,
оставляя после себя свинцовые следы типографской краски.

22:06 

Письмо

Милый А.,
твои бумажные самолетики затерялись в сложных траекториях почтовых линий. Я стараюсь не поддаваться волнениям по поводу благополучности этих странствий, которые, как ты говорил, спонтанны и лишены заранее надуманной цели, ограничившись только соображениями "откуда". Я отправляю молитвы и славословия нашим созвездиям, всматриваясь каждую ночь в пропасть московского неба и прикидываю, в какой точке небесного экватора парят сейчас наши мысли.
Надеюсь, что ты не бросаешь любимое занятие и продолжаешь со свойственной тебе скурпулезностью заполнять таблицы дневников наблюдений за сменой сезонных явлений в разных пределах вселенской географии. Так вот, спешу сообщить, что парашютики поседевших одуванов уже давно разлетелись по лесам, лугам и асфальтовым пустошам; прошло и время цветения раскидистых лопухов, уступив место непременной неделе безвоздушья городского лета а также пыльным паутинам, накрывшим клейкие листья молодых саженцев и окна многоэтажных построек на окраинах. А синоптики молчат про дожди и громы, ограничивая обещания только ливневыми мыслями о тебе и туманными утрами возможных возвращений.
Ты помнишь, что мы договаривались подслушивать мысли только очень особенных незнакомцев? Мне сегодня встретился один из таких. Он вспоминал вкус промокшей на Халхинголе папироски, удушающую нездешность Монгольских степей и повестку, которая обманула планы скорого возвращения домой, перенаправив его командовать танковым взводом на финской войне. Я даже не понял, жив ли он также как его воспоминания. Этот незнакомец пытался нащупать "рио-риту" на кнопочках своей гармошки, и я вспомнил как ты объяснял мне, что это язычковый клавишно-пневматический музыкальный инструмент с мехами и двумя клавиатурами.
Прошлым вечером я сильно замерз. Мне не хватает твоего колючего свитера с белыми ромбами, которыми твоя бабушка украшала все вязаные вещи, потому что этот узор врезался ей в память прямо с перекрещенных белыми полосками окон блокадного Ленинграда. Еще мне не хватает твоих напутствий перед пробуждениями и мягкого шелеста смыкающих веки крыльев. При случае вышли мне все это посылкой и не забудь обернуть коробку льняной наволочкой и надписать адрес получателя.

В непрестанном ожидании зимы и нашей встречи,
твой А.

23 июля от сотворения лета
года 2008 от Рождества,
если Он вообще когда-то рождался и не умирал.

16:38 

***

Остекленелым взглядом в душу
Закрался многоокий бог дождя,
Святой водой переиначил сушу
В два полюса: с тобой и без тебя.

Крещендо грома крестит крыши
Двух разнокаменных столиц,
Где ветер сам себя не слышит
В недоуменной сутолоке лиц.

Скрыв карту неба грозовыми,
Ночь репетирует парад планет,
И оставляет право за живыми
Во сне увидеть то, чего на свете нет.

18:48 

эта жизнь - карандашный набросок.
нелепый в своей незавершенности.
неуловимый как взгляд шизофреника.
непостижимый.
неровный пунктир сердечных ритмов.
ревнующий к каллиграфии школьных прописей.
стремящийся к началу. к чистому листу.
когда рука уже отказалась от клейма летописца
в пользу амнезии обычного ластика.

на шумных улицах города
тебя останавливает неясное предчувствие
абсолютной пустоты сознания.
и ты видишь
как человечество разбилось (на счастье?)
на пары
на "да"
и "нет"
и миллионы повторяющих это противоположностей.
где твое место?

15:17 

в этом городе
невозможно потеряться, но неизбежно потерять себя
в целях. чужих. взметнувших в небо стекло многоэтажек.
в сводках погоды, обманчиво намекающих на возможность завтра.
в лицах. искренне сообщающих равнодушие.
здесь стараются не представлять жизнь оторванную от цинизма.
а представив, говорят "как страшно жить".
врачеватели (душ?) читают клятву Гиппократа,
держа ладонь на неизданной "эвтаназии от Иуды".
и апрель давно забыл о росе,
довольствуясь пятнами бензина в лужах,
упаковав пресные реки в ровные ряды пластиковых бутылок.

я запускаю мириады спутников в небо этого мирка,
которые шлют на землю фотокарточки
"до востребования"
я шпионю за собой, чтобы не пропустить момент,
в котором что-то украдут.
навсегда.

11:26 

редкими многоточиями снега, скользкими намеками на асфальте, черно-белыми кадрами московского неба.
февраль не признается себе в очередном расставании.
держит за руку, целует в губы, мечтает остаться следами ветров с севера.
шепчет о вчерашнем. и не верит в завтра.
не ошибкой, а последним свиданием в календари впорхнуло 29-ое, промелькнет и растает.
все истории так заканчиваются, нужно только научиться читать их до конца.

02:20 

***

Прячь руки в карманах,
Спасай мечты в вине,
Найди прощенье в ранах
Моих. Конец войне -

Никто не забыт. Однажды
Станешь гулять по воде,
В нее не войдешь дважды,
Не ищи утонуть где -

Мельчает любовь. Время
Неизлечимо больнО тобой,
Тяну Сизифово бремя:
В гору-работа, с горы-домой -

Не разобрать цели. Остались
О воздух трения суеты.
Опять двое расстались
Глупо, банально... я и ты.

17:21 

Колыбельная

Засыпай, Забывайся. Забудут
И тебя, не здесь и сейчас
А пока я рядом буду
Даже ночь не забудет нас

Расплескает в краях небесных
Облаков штормовых темноту
Нам одолжит объятий тесных
И поярче звезду - вон ту

Засыпай, забывайся. Песни
Тихий ангел тебе споет
Синих глаз его нет чудесней
Светлой грусти застывший лед

Серебрится на шее крестик
В крыльях белых забылись сны
Людям – ангел, а Богу - крестник
Он хранитель твоей весны

Засыпай, забывайся. Забудут
И тебя, не в этот рассвет
А пока я рядом буду
Промолчи, что тебя уже нет.

16:36 

Вот, опять я здесь)

Запылились мои ангелы, Крылья поистрепали
Стремились не в облака, Просто с плеч упали
На правом – не усидеть, На левом – не удержаться
Так покидают мечты, Спешат за чьи-то мысли сражаться

Раскалились моим солнцем, Лучами вдруг разбежались
Не светом в памяти, Слепотой в глазах остались
Во сне – не разглядеть, На яву – не разобраться
Так оставляет любовь, Спешит в чужом сердце терзаться

Забылась моей вечностью, Взяла в руки иголку
Перешила ладоней линии, Да все без толку
И вчерашнее не удержать, И в завтра не окунуться
Так исчезает жизнь, Спешит от старости отвернуться

02:48 

Музыка.

Ломаным шагом перкуссий совершенствует пресные ритмы будней больших городов, глубоким саундом духовых доводит до совершенства аккустику неба, скованного каменной коробкой многоэтажек, бас-гитарой подслушивает пульс секундной стрелки в час-пик и врывается в сердце послеполуденных офисов парой штрихов вокала, завершая бессмысленную затею напомнить о душе, не задевая за живое.
Подпевай смелее, но не громко. Так, будто пытаешься попасть в ноты собственных переживаний. Счастье похоже на сумасшествие. Ты танцуешь, подгоняя бит движениями тела. И музыка внутри, поэтому им кажется, что танцуешь в тишине. Отвлекайся на новые мотивы, отключайся от прошлого, забывай поскорее. Я - твоя тишина, но в твоей пьеске не предусмотрено пауз.

23:21 

Понравилось когда-то.

Небо гляделось в море.
У самого горизонта
В морскую переходила
Небесная синева.
Бывает, что чье-то небо,
Чье-то сердечное небо
Отражается в море
Одного из людских сердец.
Так думая, плыл я морем,
Морем, слившимся с небом.
Так думая, плыл я небом,
Небом чьего-то сердца.

*перевод с японского

21:36 

Дневник наблюдений.

Накрывает с головой соблазнами обмануться, рассказать тебе о снах, убедить в иллюзиях февральской тоски. Все не со мной. В порывах ветра, в путанных показаниях термометров от -20 до оттепели не больше жизни, чем в перемещениях от дома до работы, от идей до воплощений, от любви к... Спрашиваю себя, о чем думаешь? Ответами - нетронутые чернилами страницы, неисписанные будни формата А4. Незаметно так раскрывались ладони и выпускали на волю все еще недавно бесценное, всех еще недавно близких. Важное напомнило о себе только когда отступило на шаг, перестав быть собой. И, знаешь, вместо ожидаемых сожалений пришла почти уверенность в том, что это не было моим, не принадлежало. Прозрение или самообман? Еще немного и настигнет желание начать с начала.

отражения

главная